Вівторок, 26.09.2017, 21:55Вітаю Вас Гость | RSS
Броварське літературно-мистецьке об’єднання «КРИНИЦЯ»
Меню сайту
Категорії розділу
Проза [56]
Поезія [289]
Статті [26]
Статистика
МЕТА - Украина. Рейтинг сайтов
Литература Киев
free counters
Онлайн всього: 1
Гостей: 1
Користувачів: 0
Форма входу

Каталог творів


Головна » Твори » Проза

Тайные записи
Евгения Савченко

Тайные записи.

- Оля, вынеси,  пожалуйста, мусор.
- Мам, ну я и так мыла сегодня посуду.
- Ладно, сама вынесу, - вздохнула Мила.
- Мам, я тогда пойду, погуляю, хорошо?
- Иди, но не забудь, что тебе еще надо выучить стих.
- Так он у меня послезавтра, успею! - Оля пулей вылетела из квартиры.
     Мила вздохнула и села в коридоре на стул. Последнее время ей было очень тяжело. Она недавно развелась с мужем, денег не хватало, и она даже тайком от дочери сдавала кровь, чтобы хоть как-то свести концы с концами. Кроме всего, прочего у нее еще была  больная бабушка, которая жила в селе и ей тоже надо было помогать, если не деньгами, то хотя бы по хозяйству.
    
     Мила вздрогнула от резкого телефонного звонка.
- Алло, Милочка, это ты? – послышался глухой голос в телефоне.
- Да, да, Анна Дмитриевна, это я.
- Милочка, приезжай скорее, твоей бабке совсем худо стало!
- Что? Что с ней?
- Сердце прихватило.
- Сейчас еду, к вечеру буду.
     Мила набрала телефон подруги дочери, та была как раз у нее.
- Оля, быстренько домой, прабабушке плохо, выходные проведем у нее.
- Иду, - вздохнула Оля.
     Они за полчаса собрали необходимые вещи и поехали к электричке.
     Когда они, наконец, добрались до села, начало уже темнеть.
На пороге хаты сидела Анна Дмитриевна и вытирала платком слезы. Мила,  взглянув на соседку, все поняла.
- Не успела ты, дитятко, померла твоя бабка.
Оля посмотрела на свою маму и спросила:
- Она умерла?
- Да, умерла, - тихо ответила Мила и расплакалась.
     После похорон Мила решила еще на неделю задержаться в селе. Оля была только рада, что неделю сможет не ходить в школу.
Стояли еще теплые осенние дни, и Оля убежала с соседскими ребятами пасти коров. Мила оглядела  старый дом, в котором прошли ее детство и юность, вспомнила мать, сестру, которая умерла от дизентерии, и решила, что надо его продавать, тем более, что денег не хватало, а Оле надо было покупать зимнюю одежду, да и за квартиру давно не плачено.
«Приедем домой, дам объявление, а сейчас надо убрать.
     После того как Мила справилась с накопившимся мусором, она решила разобрать шкаф с вещами покойной бабушки. Ей было тяжело это делать, но она подошла и решительно открыла дверцу. Мила начала перебирать старые вещи: платки, вязаные кофты и заштопанные юбки.  Вдруг на верхней полке ей попались детские ползунки, и у нее сжалось сердце. Хоть прошел не один десяток лет, но она помнила, что эти ползунки принадлежали ее младшей сестричке. «Господи, ну почему ты забираешь совсем маленьких»? – подумала Мила и опять расплакалась. «Ладно, надо взять себя в руки, а то скоро придет Оля и расстроится, увидев меня в таком виде». Мила с усилием встала и продолжила перебирать вещи. На верхней полке шкафа хранились еще пару брошек, несколько ракушек и еще разный хлам, по мнению Милы. В глубине полки лежало что-то твердое, по ощущениям похожее на книгу. «Но бабушка же терпеть не могла  книг, не читала, она считала, что это бесполезное убивание времени. Да и в детстве, если она видела, что я садилась за книгу, сразу мне находила какую-нибудь работу».
     Мила вытащила то, что нащупала, но это оказалась не книга, а большая картонная папка, причем самодельная. Она села на деревянную скамейку и с интересом открыла папку. В папке лежало очень много листов разных размеров, от тетрадных до альбомных, но каждый был пронумерован. Только Мила взяла в руки первый пожелтевший лист, как услышала голос дочери:
- Мам, а что у нас кушать?
 В хату влетела Оля, и Мила резко захлопнула папку. Сердце у нее бешено заколотилось, то ли от резкого появления Оли, то ли от…
- На столе банка с молоком и яйца.
- Сейчас бы котлеток, - заныла Оля.
- Котлетки будут дома, а сейчас кушай то, что есть. И помой руки....
- Вода в умывальнике закончилась! – крикнула Оля со двора.
- Сейчас наберу, - и Мила пошла к колодцу.
     После того как Оля поела, Мила  захотела ее спровадить еще  погулять, но Оля устала и никуда идти не хотела. Мила не могла дождаться вечера, когда заснет Оля. 
Как только Оля заснула, Мила поспешила к папке, но, когда включила свет, лампочка на потолке хлопнула и погасла. «Только этого еще не хватало»! – с раздражением подумала Мила. Запасной лампочки в доме не оказалось, и Мила пошла к Анне Дмитриевне, но, увы, у той тоже запасной лампочки не было. К другим соседям она идти не хотела, поэтому она зашла в дом и зажгла несколько свечек. Мила опять достала из шкафа папку и взяла старый пожелтевший лист с каплями воска. На нем детским почерком было написано:

«Сегодня меня учитель выпорол за то, что я не смогла сложить числа, а мама дома тоже наругала. Все кругом плохие, и есть хочется» 1920г. 20 сент.

«Да это же бабушкин дневник», - подумала Мила.

«Ура! Ура! Сегодня поела досыта. Правда, Ванька расскажет маме, что я у него хлеб отобрала, но я буду говорить, что он врет. И кроме того, он знает, что если он на меня нажалуется, я его отлуплю!» 1920г.

«Ваня? Это же, кажется, был ее младший брат, который умер еще в детстве».

«Сегодня получила хорошую оценку, за это мне мама дала больше каши»!  …

«По-прежнему съедаю порцию Ваньки, он молчит, но плачет. Ну и пусть, я же больше хочу есть, чем он»! 1920г. 1 ноября.

«Сегодня пошел первый снег. Очень холодно. Мама сегодня заставила шкребком чистить стол, плохая мама»!  …


«Несчастный ребенок»! – подумала Мила. «Как же ей тяжело было в детстве, но все равно зря она отбирала хлеб. Потом себе этого бабушка не могла простить». Мила перешла к следующему листку.
 
«Долго не писала, была занята. Две недельки назад у меня был день рождения, и мама мне подарила красивую красную ленточку. Только я ее не могу носить, у меня короткие волосы, вот вырастут, тогда, и буду, а пока я ею только любуюсь». 1921г. 4 марта.

«Сегодня я обхитрила маму, она хотела, чтобы я копала огород, а я сказала… Ой, не могу писать, мама идет»! 1921г. 25 апреля.


«Наконец-то начались каникулы! Но, с другой стороны, меня мамка начала заставлять больше работать. Ванька делать ничего не хочет, а только ноет, что хочет кушать, мамка ему не верит, но она же не знает, что я у него все отбираю. Но меня он боится больше, я ведь ему уже столько синяков наставила! Да, а еще его мамка даже сегодня отлупила мокрой тряпкой! Так Ваньке и надо, не  люблю его». …
    
     Мила читала, вытирая слезы: «Никогда у Оли не будет ни брата, ни сестры, я не переживу, если буду видеть подобные отношения. Как же моя прабабушка этого не замечала или не хотела замечать?»

«Целое лето не писала, не было времени, да и бумаги тоже. Скоро в школу,  поэтому бумага и появилась, а я тайком вырвала две странички. Месяц назад помер Ванька. Наш сельский врач сказал, что от голодухи. «Худой он больно у вас» - сказал. Но мамка не поверила, сказала, что кормила его, как на убой. Хорошо, что она не поняла в чем дело, а то бы отстегала меня. Хотя, если честно, мне Ваньку иногда становится жалко. А мамка вообще уже почти месяц не разговаривает, а мне скучно»! 25 августа.


- Господи, что голод делает с людьми, - прошептала Мила,  - Но ведь это 1921год, а что в тридцать втором будет тогда?

«Как я ненавижу школу и учителей! Сегодня меня учительница ударила указкой по руке, за то, что я на тетради нарисовала солнышко. Гадкая учительница, я ей еще покажу»! 10 сентября. 1921 год.


     Дальше на листе ничего не было написано, и Мила взяла пятый лист.

«Не знаю, зачем опять начала писать спустя столько лет. Наверное, этому послужило то, что нашла спрятанные свои детские записи. Сейчас очень тяжело, еды нет - все забирают. Мама недавно отдала Богу душу. Наверное, в этом есть и моя вина, она мне отдавала свои крохи, а я как всегда, не могла сдержаться и принимала их. Но сейчас каждый день кто-то умирает. Вчера хоронили соседского ребенка, так что может я ни в чем и не виновата». 1932 год.

«Наконец-то начала появляться еда. Я хочу стать настоящей коммунисткой и стану»! 1934год. 2 апреля.

«Даже не верится, я скоро выхожу замуж»! 1934 год. 5 июня.

     Мила взяла следующий лист.

«Долго не писала, не было времени. Много работаю, но стараюсь больше отдыхать, потому что я уже брюхатая. Когда Коля узнал, что у нас будет дитя, то не очень то и обрадовался. Последнее время он меня вообще начал раздражать,  если так пойдет и дальше, то я…» …


«Я родила девку, а так надеялась, что будет парень, что будет в старости опора. Чувствую себя плохо. Кольку я сдала, сказала, что он в пьяном виде плохо отзывался о товарище Сталине. За это меня повысили в должности, и я теперь работаю библиотекарем. Работа не пыльная, я довольна». …

«Долго думала, решила свою девку назвать  Лениной, такое имя всем понравится». 1935 год. 5 февраля.

     Дальше в папке лежали несколько рисунков. На них были нарисованы карандашом котята. Рисунки были не подписаны. Ее бабушка Анна Петровна никогда не рисовала, Миле было интересно узнать, что это за рисунки, но эта тайна уже навсегда останется в прошлом.

«Жизнь совсем закрутила, работа, дом, огород, некогда в руки взять лист бумаги. Дочке уже пять лет. С ней сладить очень тяжело. Ленина все время что-то требует. Хотя вижу ее редко, в основном она у соседской бабки, которой мне приходится давать лишнюю буханку хлеба за это». …

«Началась война. Всех мужиков забрали защищать родину. Страшно! Очень страшно, что дальше будет? Мне предлагали закончить курсы медсестер, но я не захотела». 1941 год. 12 августа.


«Недавно в нашем селе появился новый житель. Он полицай, его звать Алексей. Очень интересный мужик, а главное, с хорошими связями». …

«Наконец-то я с Алексеем смогла найти общий язык. В постели он грубоват, но еду подбрасывает хорошую. Сегодня дал банку тушенки». …

«Хоть страшно и трудно, дела идут хорошо. Недавно я выследила, что Галина, наша соседка, по ночам к себе в погреб таскает еду. Я доложила об этом Алексею. Он провел обыск, но никого не обнаружил, хотя он точно уверен, что там кого-то прятали. Алексей уверен, что все выяснит, тем более, что Галину уже допрашивают. А мне достался за сотрудничество килограмм крупы». 1942 год. 6 декабря.

«Так я и знала, наконец-то из Галины выбили правду. Теперь ей будет не сладко! Галина скрывала у себя партизана, об этом говорит вся деревня». 1942 год. 9 декабря.

     Мила дрожащими руками взяла следующий лист. В комнате стало темнее, Мила посмотрела на свечи. Одна из них уже догорела, а вторая еще чуть-чуть и погасла бы. Мила взяла еще несколько свечей и зажгла их.

«Война закончилась. Все радуются. Год назад погиб Алексей. Я даже рада этому, потому что он стал совсем грубым, как животное, мне уже надоело скрывать синяки. Хорошо, что хоть смогла выкрутиться по поводу сотрудничества с ним. Ленина все время требует кушать, прямо как я в детстве». 1945год. 5 июня.

«Какой ужас, я кажется опять обрюхатилась! Что же я буду делать со вторым ребенком?» …

«Пришлось рожать. У меня нет средств и желания поднимать на ноги второго ребенка. В больнице написала отказ, а в селе сказала, что родила мертвого». …

«Значит, у мамы есть брат или сестра! Но как этого человека теперь найти? Тут даже даты нет». Мила еще раз перечитала эти несколько записей. «Да и как я маме об этом сообщу, если она уехала в другую страну и даже адреса не оставила». И у Милы опять проснулась обида к матери. Как она могла бросить ее в такой тяжелый жизненный момент и уехать за границу к чужому мужчине.

«Недавно к Елене вернулся покалеченный муж, без руки и ноги, говорят, что на мине подорвался. А мне ждать некого, да и мужиков нет. Одиноко мне». …

«Ленина совсем вышла из-под контроля, гуляет до ночи. Отхлестала ее мокрым полотенцем, а та сказала, что уходит из хаты. Ну и пусть катится на все четыре стороны»! 1952 год. 3 марта.

«Как я и предполагала, Ленина приползла ко мне на коленях и попросилась обратно, я ее пожурила, но пустила. Уже целую неделю она ходит, не поднимая головы, наверное чувствует себя виноватой. Это хорошо». 1952 год. 20 марта.


«Какой позор! На все село позор! Ленина ждет ребенка, но я этого не допущу»! 1952 год. 2 апреля.

«Все обошлось, мне удалось сорвать беременность у Ленины. Вот что делает труд»! 1952 год. 8 апреля.

     Следующие несколько листов шли с рисунками, и Мила  рассматривая их, немного отвлеклась и успокоилась. На часах было полчетвертого ночи. «Надо бы поспать, а то завтра… Нет, сначала дочитаю»!

«Очень жаль, что пропало много моих записей, сейчас уже 1960 год. Все в памяти за эти восемь лет не восстановишь, поэтому напишу то, что запомнилось. Три года назад познакомилась с Владимиром, хороший был мужик, да згинул. Утонул спьяну. Ленинка моя тоже мается без мужика, все упрекает меня, что я восемь лет назад сорвала ей беременность. Да, в двадцать пять лет хочется уже и мужика, и дитя, так что я ее понимаю. Копим деньги на телевизор. Вот как быстро в Советском союзе развивается техника! Ленина работает в колхозе дояркой. Живем неплохо». 1960 год. 23 октября.


«Интересно, а что случилось с ее записями?» - подумала Мила.


«Ну вот, не видать мне телевизора! Ленина собирается замуж. Сбылась ее мечта, а моя сорвалась. Теперь все деньги уйдут на пьянку». …

«Опять эта курва нагуляла ребенка! Но теперь мне от него не избавиться, она себя, видите ли, бережет и не хочет поднимать ничего тяжелого. Теперь требует деньги на пеленки. Я с ней ругаюсь каждый день, ну почему я ей должна отдавать деньги! Пусть идет к своему Петру и требует денег с него»! 1960 год. 9 января.

«Ленина  родила девку. Замуж ее никто не берет, и она сидит на моей шее. Даже не прислушалась к моему совету насчет имени ребенка. Я хотела назвать ребенка Людмилой, а она зарегистрировала ей дурацкое имя Мила. Теперь пусть помощи от меня не ждет». …


«Хоть дочкой меня Бог обделил, но внучку я люблю! Да и как ее не любить, если она ко мне  рученки тянет». …

«Наконец Ленина взялась за ум и поехала в Москву на заработки, правда, не знаю, чем она там занимается, но деньги присылает исправно. Мила подрастает, она хорошая добрая, девочка, даже излишне добрая плачет о каждой зарезанной курице, но я из нее воспитаю твердого человека, а не тряпку». 1965 год. 7 марта.

«Почему у меня получается так редко писать! То бумаги нет, то времени. Сколько раз я давала себе слово писать каждый день, а получается… Ленина до сих пор в Москве,  писала, что нашла мужчину, который ей помогает. Недавно купили телевизор. Поэтому и решила написать, поделиться, своей  радостью. Ведь я его так давно хотела».

     
     Мила начала вспоминать свое детство. Действительно, мать она видела очень редко. Поэтому, зная, как это тяжело, Мила старалась, как можно чаще быть с Оленькой.
     Дальше в папке было очень много писем и открыток, которые  мама присылала бабушке из Москвы. Среди них была узенькая, свернутая полосочка бумаги. Мила  развернула ее, там оказались несколько прядок детских волос. «Наверное, это мои».
Дальше шли опять записи, многие из них Мила не смогла разобрать, потому что они были написаны карандашом и стерлись от времени.

«Завтра приезжает Ленина. Я очень жду ее, наверное привезет много денег».1967 год.

«Какое безобразие! Я когда увидела Ленину, чуть не огрела ее кочергой! Она же опять брюхатая уже наверное седьмой месяц! Да что она себе думает!»…

«Эта курва опять решила рожать. Я ее предупредила, что второй ребенок мне на шее не нужен, но оставлять ребенка в роддоме она отказывается. Раз меня не слушает, пусть делает, что хочет»! …

«Ленина опять родила девку, нет чтобы мужика, может и приняла бы его, но девку не хочу». 1968год. 4 июля.


«Ладно, раз Ленина назвала ребенка так, как я захотела, - Людмилой, пусть пока поживет в моем доме. 1968 год. 5 июля.

«Денег не хватает опять, я взяла корову, чтобы дети молоко пили». …

«Сейчас сижу и вспоминаю совсем маленькую Милу, она всегда ко мне рученки тянула, а Люда на меня и смотреть не хочет, а на руках у меня орет, как резаная»! …

«Ленина решила ехать опять на заработки в Москву.  На коленях меня умоляла, чтобы я присмотрела за Людмилой. Я этого ребенка не люблю, но согласилась за дополнительную плату. А Ленину предупредила: нагуляешь опять живот, домой не пущу»! 1970 год.

«Мила меня радует и помогает по хозяйству, а Людмила начала раздражать».1970 год. 5 августа.

«Больше я о Людмиле заботиться не буду, мало того, что терплю ее у себя в доме и кормлю ее, делая ей одолжения, а она посмела ударить меня ложкой. Я ей жопу набила, а Ленине написала, чтобы она ее забирала и что я больше о ней заботиться не собираюсь. Но пока от моей непутевой дочери ответа не было. Поэтому моя совесть чиста, я предупреждала». …

«Какая же Мила все-таки уже взрослая, даже свою нагуляную сестру кормит, сама, я ей не готовлю». …


«Эта маленькая дрянь  обосрала мне всю хату. Вчера ее  забрали в больницу, теперь бегай еще к ней!» …

«Сегодня написала Ленине письмо о смерти Людмилы, врачи сказали, что померла от дизентерии. Ленина сама виновата, я ей говорила, что мне тяжело смотреть за двумя детьми. Мила переживает сильно, ревет целыми днями, а мне и так тошно». ...


«Как же она могла!»
- Да что бы тебе в гробу перевернуться! – закричала Мила. И она со злостью бросила папку в печь.
     В соседней комнате закричала Оля. И Мила побежала к ней.
- Мам, ты чего кричала?
- Нет, зайчик, тебе приснилось, спи.
     Когда Оля заснула, Мила вернулась в комнату. В печи от папки уже не осталось и следа.
- Я тебе никогда не прощу смерть сестры, - прошептала Мила. А со стены вдруг упала фотография ее бабушки…
Категорія: Проза | Додав: Евгения (29.12.2011) | Автор: Евгения Савченко
Переглядів: 333 | Рейтинг: 0.0/0
Всього коментарів: 0
Додавати коментарі можуть лише зареєстровані користувачі.
[ Реєстрація | Вхід ]
Ваш час
Пошук
Друзі сайту